Ремонт, строительство, отделка — делаем под ключ

Турция и Азербайджан под прицелом США и Израиля — мнение

Турция и Азербайджан под прицелом США и Израиля — мнение

Ильхам Алиев и Реджеп Тайип Эрдоган. Фото: Dalma News

Эскалация конфликта в Нагорном Карабахе затмила другие важные темы, связанные с Ближним Востоком и Закавказьем. Одной из них является перспектива сохранения партнерских отношений Турции и Азербайджана с одной стороны и связки США — Израиль с другой. Несмотря на то, что Турция и Азербайджан сохраняют партнерские отношения с США и Израилем, произошедшие за последние месяцы события говорят о том, что эта стабильность хрупка и иллюзорна. Исход предстоящих президентских выборов в США также отразится на отношениях двух тандемов.

Первый риск связан с упоминанием Турции в недавнем докладе Госдепартамента о собственности евреев, утерянной в ходе Холокоста и других событий XX века. Вот самые важные фрагменты из доклада:

«Как страна, которая не была оккупирована державами оси во время Второй мировой войны и которая поддерживала политику активного нейтралитета во время войны, Турция сыграла роль в облегчении транспортировки евреев, покидающих Европу, в то же время поддерживая деловые отношения с фирмами из нацистской Германии

Один известный случай связан с захватом движимого имущества времен Холокоста и использованием нацистского золота для закупки военных материалов в Турции во время Второй мировой войны. Национальный архив США задокументировал продажу награбленного золота, предоставленного тогда еще Центральным банком Германии, Рейхсбанком, за иностранную валюту для финансирования дипломатической, шпионской и пропагандистской деятельности. В рамках своей политики „активного нейтралитета“ Турция во время войны поставляла материалы как странам оси, так и союзникам. По оценкам американских экспертов, нацистская Германия передала Турции от $ 10 млн до $ 15 млн (примерно $ 140−215 млн в текущей стоимости) золотом во время войны.

Послевоенные попытки определить местонахождение внешних активов нацистской Германии, включая золото, показали, что в 1946 году в Турции находились активы на сумму $ 71 млн. Окончательное объявление Турцией войны нацистской Германии осложнило способность союзников ликвидировать эти активы для помощи в восстановлении Европы. Сдвиг геополитических приоритетов и длительные переговоры в конечном итоге привели к соглашению 1952 года об урегулировании требований союзников по немецким активам (особенно золоту) в Турции с правительством на сумму $ 1 млн. В свою очередь правительства союзников отказались от своих претензий на активы нацистской Германии в Турции».

Таким образом, формально Госдепартамент не предъявил иска к Турции. Однако это не означает, что в будущем США не аннулируют материальные претензии к ней. Наглядным примером для этого служит Польша, верный союзник Вашингтона в Европе, к которой, несмотря на отдельные соглашения, заключённые во времена Польской Народной Республики, предъявляют иски американские еврейские организации при поддержке США и Великобритании (см. «Холокост как предлог для ликвидации национальной государственности — мнение»).

Сами претензии к Турции возникли не на пустом месте. В октябре 1941 года Турция подписала с Германией торговое соглашение, согласно которому она обязалась поставлять хромовую руду и другое сырье в обмен на промышленные товары и военное снаряжение. Турция прекратила поставки хрома Германии только в апреле 1944 года под сильным нажимом союзников по антигитлеровской коалиции. Однако масштаб товарооборота с союзниками Гитлера был огромным. На страны Оси приходилось 32−47% экспорта и 40−53% импорта Турции. Параллельно с декабря 1941 года по инициативе Великобритании Турция стала получать американскую помощь по Ленд-лизу, которую союзники свернули в феврале 1944 года из-за прогерманского нейтралитета Анкары.

У исследователей также существуют вопросы относительно причин увеличения золотого запаса Турции с 27,4 до 216 тонн за годы Второй мировой войны. Установлены факты продажи партий золота Турции гитлеровской Германией в 1942—1943 годах с помощью Шведского государственного банка и Швейцарского национального банка.

Далее, в Турцию из Германии попало огромное количество награбленных нацистами материальных ценностей. Летом 1947 года на переговорах с союзниками (без СССР) Турция оценила их стоимость в $ 51,2 млн в тогдашней стоимости, но возвращать их или выручку за них категорически отказалась. По утверждению Вашингтона, все попавшие в Турцию во время Второй мировой войны нацистские ценности в виде золота и другого ценного имущества, за небольшим исключением, остались в её распоряжении, то есть были ей подарены (видимо, за двуличную политику во время войны и поддержку нацистов). Для Турции это решение было облегчено тем, что она «в последнюю секунду вскочила на подножку уходящего поезда», 23 февраля 1945 года объявив войну Германии и Японии с целью войти в число держав-победителей и получить право на участие в конференции Объединённых Наций в качестве одного из учредителей. В 1947 г. дополнительно в пользу Турции работала заинтересованность США в её привлечении в сколачиваемый ими антисоветский блок — будущее НАТО.

Все эти факторы могут быть в нужный момент, выбранный США и Израилем, пущены в ход против Турции и нанести ей тяжёлый урон в виде истребования реституционных платежей, введения санкций и др.

К этому следует добавить, что американские еврейские организации поддерживают деятельность армянского лобби в США по признанию геноцида армян в Османской империи в 1915—1923 годах. Так, принятая в конце октября 2019 года резолюция Палаты представителей была пролоббирована «Армянским национальным комитетом Америки» и «Армянской ассамблеей Америки» при поддержке Американского еврейского комитета и Антидиффамационной лиги (ADL). С учетом того, что ADL поддерживает леворадикальное негритянское движение Black Lives Matter, для Турции это может иметь серьезные последствия. Демократическая партия использует наследие Л.Д. Троцкого (см. «Антисемитизм, BLM и выборы президента США-вызовы для отношений с Израилем») как автора статей «Разложение Турции и армянский вопрос» (12 ноября 1912 года) и «Андраник и его отряд» (19 июля 1913 года).

Это означает, что в случае необходимости США могут поднять вопрос о материальных и территориальных последствиях признания геноцида армян. В совокупности с положением курдов это может привести к развалу Турции. Таким образом, США смогут применить против Турции концепцию идеолога неомарксизма Герберта Маркузе о «Репрессивной толерантности» 1965 года, согласно которой революционными субъектами, свергающими господствующую культуру, являются эмигранты, национальные и сексуальные меньшинства, граждане слаборазвитых стран и другие. Так как Маркузе, поддержавший в 1968—1969 годах студенческие протесты в США и Европе, в 1943—1945 годах работал в Управлении стратегических служб США (предшественнике ЦРУ), а в 1945—1951 годах в аналитических подразделениях Госдепартамента, то его методы знакомы военно-политическим кругам США.

Вторым риском являются укрепившиеся экономические связи Турции с Китаем, в том числе благодаря участию в проекте «Один пояс, один путь». Аналогичная тенденция и у Азербайджана, который также участвует в нём. Это прямо противоречит интересам Вашингтона, так как в США существует двухпартийный антикитайский консенсус. Он предполагает, что Китай является противником № 1, которого необходимо сдерживать и ослаблять, в том числе экономическими методами. Таким образом, экономическое сотрудничество Турции и Азербайджана с Китаем не вписывается во внешнеполитическую стратегию США и, более того, является вкладом в усиление политических и экономических позиций КНР — главного конкурента США.

Третий риск связан с тем, что, будучи членом НАТО, Турция приобрела у России системы С-400. Это действие бьет по интересам Вашингтона, особенно американского военно-промышленного комплекса. Контракт на поставку С-400 был одним из событий в цепочке, приведшим к тому, что Турцию стали считать ненадежным союзником другие страны НАТО.

Четвертый риск связан с тем, что Турция за последние 25 лет изменила отношения с Ираном. Иран стал членом созданной по инициативе бывшего турецкого премьер-министра Неджметтина Эрбакана «Исламской восьмерки» (D-8). Анкара осудила американское вторжение в Ирак в 2003 году, приведшее к усилению роли Ирана, и, хотя и является противником распространения ядерного оружия, не выступает с жестких позиций по адресу Тегерана. Подобная взвешенная позиция при имеющихся противоречиях характерна и для Азербайджана. Это противоречит интересам Израиля, где существует антииранский консенсус, не говоря уже о США.

Пятый риск — это идеологические изменения в Турции, оказавшие значительное влияние в последние годы на ее внешнюю политику. Анкара позиционирует себя как претендента на лидерство в исламском мире. В совокупности с пантюркизмом, приведшим к упрочнению стратегического союза с Азербайджаном, это ускорило тенденции к развитию многовекторной внешней политики Турции. В борьбе за симпатии мусульман Турция стала напрямую участвовать в арабо-израильском конфликте. Анкара не скрывает своего участия в спонсировании палестинского движения ХАМАС и посреднической роли в переговорах между правительствами Палестинской автономии и сектора Газа, который находится под контролем ХАМАС. В совокупности с действиями Анкары в Восточном Средиземноморье и в Ливии это привело к ухудшению турецко-израильских отношений. Это ухудшение сопровождалось тем, что Израиль поддержал антитурецкие силы в Ливии и в Восточном Средиземноморье, а Азербайджан поддержал действия своего стратегического союзника, то есть Турции, в том же Восточном Средиземноморье.

Шестой риск напрямую вытекает из пятого. Общественное мнение в Израиле постепенно пересматривает свое отношение к Турции и Армении. В Jerusalem Post 24 апреля 2020 года вышла статья Эмили Шрэйдер «Неспособность Израиля признать Геноцид армян не имеет оправдания». В ней автор констатировала, что на общественном уровне израильское общество признаёт геноцид армян. Среди политиков, выступавших за его официальное признание или публично заявлявших об этом, она упоминает лидера партии «Мерец» Тамар Зандберг, лидера партии «Еш Атид» Яира Лапида, депутата партии «Ликуд» Гидеона Саара и президента Реувена Ривлина. Одним из мотивов этого автор считает враждебную по отношению к Израилю политику президента Эрдогана. Еще одним сигналом является статья в Jerusalem Post 21 июля 2020 года директора по связям с общественностью «Армянского национального комитета Америки — Западный регион», крупнейшей армяно-американской общественной организации в США Алекса Галицкого «Израилю следует переосмыслить отношения с Азербайджаном — мнение». В этой статье, помимо типичных армянских историко-политических претензий к Азербайджану и Турции, автор обвиняет Баку в недемократичности, экономической и финансовой поддержке иранских предприятий и в том, что главный нефтепровод Азербайджана на 10% принадлежит Ирану. Да, в ответ на это 2 августа вышла статья Александра Гольденштейна «Почему Израилю не нужно переосмысливать отношения с Азербайджаном».

Однако не стоит недооценивать эти тенденции.

Во-первых, Турция не откажется от борьбы за лидерство на Ближнем Востоке и исламском мире, что будет побуждать ее вмешиваться в арабо-израильский конфликт. Во-вторых, как отмечалось выше, в Восточном Средиземноморье Азербайджан поддерживает Турцию, а Израиль антитурецкую коалицию. В-третьих, одним из аргументов для позиции Израиля в отказе признать геноцид армян была угроза энергетической и экономической блокады со стороны Азербайджана, прежде всего отказ в поставке энергоносителей. Однако недавние соглашения Бахрейна и ОАЭ о нормализации отношений с Израилем и развитии двусторонних связей полностью меняют картину, тем более что администрация президента США Дональда Трампа работает над тем, чтобы другие арабские страны последовали их примеру.

Это означает, что для Израиля постепенно исчезает экономическое препятствие для признания геноцида армян. Кроме того, монархии Аравийского полуострова, за исключением Катара, являются врагами Турции и фактическими союзниками американо-израильского тандема. Не случайно самая мощная из них Саудовская Аравия на днях ввела эмбарго на турецкие товары. К этому следует добавить, что Саудовская Аравия на международном уровне выступает за признание геноцида армян в Османской империи. Не в последнюю очередь этому способствует негативный опыт существования арабов при Османах.

Седьмой аспект связан с положением Турции в стремительно меняющемся мире. Турция строго придерживалась союзнических обязательств перед США и НАТО во времена Холодной войны, когда существовал Советский Союз. С этим же периодом связано начало евроинтеграции Турции, осязаемым результатом которой стало вступление в Таможенный союз ЕС. Однако ЕС и евроинтеграция, в свою очередь, были выгодны США в значительной степени из-за противостояния СССР.

Теперь Советского Союза нет. ЕС стал экономическим конкурентом США, администрация Трампа поддерживает выходящую из ЕС Великобританию и фрондирующие страны Восточной Европы с целью его ослабления. Одновременно Турция и Великобритания собираются заключить торговое соглашение. С учетом большой вероятности реализации Брексита без сделки это может привести к ситуации, когда максимально оборвавшая связи с ЕС Великобритания заключит торговое соглашение с Турцией, которая входит в Таможенный союз ЕС.

Ожидаемое решение в таком случае — выход Турции из Таможенного союза ЕС, что чревато экономическими последствиями с неопределённым результатом для обеих сторон. Такое действие приведет к тому, что в ЕС Турцию перестанут считать надёжным партнёром. На эту ситуацию сильно влияют идеологические изменения, связанные с развитием в Турции идеологии пантюркизма и панисламизма. Отказ от многих идеологических постулатов ЕС (см. «Эрдоган и Стамбульская конвенция: задушить феминизм и стать центром ислама») требует от Турции поиска союзников в противостоянии с Брюсселем. Администрация Трампа, стремящаяся к ослаблению ЕС, могла бы стать таким союзником. Однако даже она может угрожать турецким интересам, о чем было сказано выше.

Гораздо более страшной для Турции является гипотетическая победа кандидата от Демократической партии Джо Байдена. О порождаемых им вызовах, кроме его критических заявлений о необходимости поддержки турецкой оппозиции, говорят российские прозападные оппозиционеры, фактически раскрывающие планы военно-политических кругов США и ЕС. Заместитель председателя партии ПАРНАС Андрей Зубов в январе 2018 года жестко написал об идеологии современной Турции:

«Новой идеологией Эрдоган избрал эклектическую смесь имперского ислама, тюркизма и ностальгических рефлексий по Османской империи. Ни гуманному исламу Гюлена, ни вступлению в Европейский Союз места в этом „миксе“ не осталось. Понятно, не осталось там места и для курдской автономии».

Напомним, что Россия, наряду с Азербайджаном, поддержала действия Эрдогана по подавлению мятежа в 2016 года и ликвидацию учебно-религиозной сети проживающего в американском штате Пенсильвания Фетхуллаха Гюлена. В России учебно-религиозная сеть Гюлена «прославилась» работой по поощрению сепаратизма в мусульманских и тюркских регионах. Сейчас же особенно абсурдным смотрится статья Зубова, так как, кроме партнера Эрдогана по коалиции Девлета Бахчели (Партия националистического движения), Азербайджан поддержали лидеры ведущих оппозиционных партий Турции — Кемаль Кылычдароглу (Республиканская народная партия) и Мераль Акшенер («Хорошая партия»), представленных в парламенте. Это свидетельствует об определённом консенсусе в турецком обществе по отношению к Азербайджану и карабахскому конфликту.

Сама эскалация может быть выгодна нескольким акторам. Для Азербайджана и президента Ильхама Алиева война — это крайняя, вынужденная мера, так как азербайджанское общество устало ждать десятилетиями его мирного разрешения. Для Турции и президента Эрдогана Карабахская война — возможность доказать мощь турецкого военно-промышленного комплекса и правоту панисламизма и пантюркизма, шанс расширить сферу влияния в Закавказье. А для премьер-министра фактически участвующей в войне Армении Никола Пашиняна эта война является средством отвлечения внимания населения от нерешенных социально-экономических проблем и провалов во внутренней и внешней политике.

Этот фактор создает дополнительную опасность для Турции и Азербайджана ввиду существующей связки Нагорно-Карабахская Республика (НКР) — Армения — армянская диаспора (спюрк). Именно связь Армении и руководства непризнанной НКР с диаспорой, особенно в США и во Франции, с её связями и инструментами лоббизма представляет угрозу прежде всего для Баку и Анкары. С учетом активной деятельности в Армении запрещенного в России, Турции и Азербайджане фонда «Открытое общество» Джорджа Сороса и иных прозападных структур особо опасной представляется интернационализация конфликта в Нагорном Карабахе и втягивание в него американской и французской армянских диаспор.

Таким образом, кажущиеся относительно стабильными отношения Турции и Азербайджана с США и Израилем могут обостриться в тот момент, когда американо-израильскому тандему понадобится изменить ситуацию из-за действий Турции. Этот процесс фактически неизбежен, так как связан со стремлением Турции стать самостоятельным игроком на международной арене и в минимальной степени ориентироваться на США. В сочетании с повышенной активностью Турции на международной арене и появлением в последние годы острых конфликтов её с рядом стран и территорий (Франция, Египет, Сирия, Греция, Нагорный Карабах, Восточное Средиземноморье, Ливия) это привело Анкару к неустойчивой внешнеполитической ситуации и повышенной уязвимости на международном уровне.

Одним из проявлений этого можно считать сегодняшнее выступление президента Франции Эмманюэля Макрона, направленное не только против Турции, но и против Азербайджана в связи с эскалацией в Нагорном Карабахе. Следует учитывать и весьма осторожное отношение к Турции России и Ирана, имеющих исторический опыт взаимодействия с Турцией, проявившей себя как открытый враг или как коварный и ненадёжный партнёр, готовый предать в любое удобное для неё время. Эта политика особенно оправдана в настоящее время вследствие открытого вмешательства Турции в Нагорно-Карабахский конфликт. В результате у Турции повысилась степень агрессивности на международной арене в различных формах и определённое стремление улучшить внешнюю и внутреннюю ситуации. Несколько меньше это относится к Азербайджану, который в связке является ведомым, но обладает большей устойчивостью и сосредоточен на Нагорно-Карабахском конфликте с Арменией.

Так как всё это связано с отказом от евроинтеграции, то Турции и Азербайджану придется корректировать их внешнюю политику. Объективные изменения в мировой экономике и мировой политике, предопределившие изменение положения Анкары и Баку, накладываются на исторические скелеты в шкафу (геноцид армян и прогерманский нейтралитет Турции в годы Второй мировой войны), имеющие материальные и политические последствия.

К этому следует добавить откровенную враждебность российской прозападной оппозиции к Турции и Азербайджану. Эта оппозиция и ее зарубежные покровители недовольны тем, что Турция и Азербайджан не хотят растворяться в евроатлантических структурах (см. «Святая София, неоосманизм и триумф турецкого евроскептицизма»). Их действия направлены на ослабление Турции и Азербайджана с дальнейшим прицелом на Россию, которой при всех сложностях в отношениях не нужен кровавый хаос в Закавказье и на Ближнем Востоке.

Российских оппозиционеров не интересует, что попытки реализации либеральных проектов вызовут новые военные конфликты в Закавказье и в Передней Азии и обернутся большой кровью, как начавшийся 27 сентября 2020 года очередной азербайджано-армянский конфликт с участием Турции, остановить который на настоящий момент не удаётся и который имеет определённую тенденцию к расширению.

Источник